02:16 

Мировых масштабов недоразумение

Junigatsu
Мастер недописышей.
Кароч, у меня новая попоболь.

Название: Мировых масштабов недоразумение
Фандом: Алекс Кош, серия «Далёкая страна»
Пейринг: Зак/Вельхеор
Рейтинг: PG-15
Жанр: юмор, приключения (эхе-ей!)
Содержание: Зак по своему обыкновению влипает в неприятность, а разгребать за ним приходится совсем другому человеку. Или всё же не другому?
Предупреждение: Работа содержит спойлеры относительно четвёртой книги, поэтому читать только после ознакомления с «Огненным легионом»! Не делайте себе гадостей ;-)
От автора: Во всём виноваты исключительно любовь к персонажам и неуёмная фантазия. Я здесь не при чём.

Глава первая


Знаки судьбы доступны не каждому. Тот, кто сумеет их
прочитать, станет великим, а кто не сможет, тот дурак.
Один мудрец


День начался, мягко говоря, неудачно. И если бы я знал, как он закончится, то заперся бы в квартире и носа не показывал. Хотя не факт, что в таком случае Судьба не достала бы меня каким-нибудь более изощрённым методом.
А всё началось со сгоревшего чайника.

Почуяв неладное – и, честно говоря, уже изрядно пованивало палёным, – я сдёрнул наушники с головы и тут же услышал хрипы, доносящиеся с кухни. Будто утопающий в болоте пытался сказать последнее слово или сделать судорожный вдох, захлёбываясь жижей. Чайник! Соскочив с кресла и ушибившись мизинцем о край стола, тихо шипя ругательства сквозь зубы, я на одной ноге доскакал до соседней комнаты, благо, сделать надо было всего два шага. В кухне повис разъедающий глаза дым от сгоревшего металла, неприятный запах сразу же осел в горле, и я закашлялся, бесполезно размахивая руками перед лицом в попытке урвать себе хоть кусочек чистого воздуха. Открыл сначала форточку, а потом, сняв с подоконника горшок с кактусами – они у меня почему-то вырастали огромных размеров, и створку окна. Дым медленно утекал на улицу. Забытый на плите чайник уже не хрипел, а молча обугливался и укоризненно чернел металлическими боками. Я выключил газ и, щуря глаза, оглядел результат своей забывчивости. Дешёвый китайский чайник не подлежал восстановлению и за верную службу был достоин почётной отправки в ближайший мусорный контейнер. М-да, а ведь я всего лишь отвлёкся на почту…
Примериваясь, как бы так схватить обугленные останки, некогда бывшие кухонной утварью, и аккуратно бросить в раковину, я не сразу сообразил, что за звук раздаётся снова и снова. Оказалось, надрывался телефон. Прибежав обратно в спальню и подхватив вибрирующий сотовый, я прочитал высветившееся на дисплее имя. Звонил лучший друг и по совместительству однокурсник Лёха.
– Да, Лё… – начал было я, но меня тут же заткнул приглушённый шёпот и невнятные шорохи:
– Чувак, ты почему не на паре?!
Я растерялся и почему-то тоже зашептал, хотя находился в квартире один:
– Какой паре?
– На «паразитке»!
Происходящее всё больше и больше не укладывалось у меня в голове.
– Какая «паразитка», сегодня же её нет!
– Ты чем вчера слушал?! Сказали же, что вместо «окна» первой парой будет «паразитка»!
– Бли-и-ин, – только и протянул я. Совсем забыл! Да что же это с памятью становится?
– Давай шустрее, – продолжал шептать Лёха. – У Михалны уже пар из ушей валит!
И отрубил звонок. Встрепенувшись, я бросил взгляд на часы в мониторе. Проблема со сгоревшим чайником отошла на второй, а то и третий план. Опоздать на «Паразитологию» – это всё равно что подписать смертный приговор через особо изощрённые пытки. И вот угораздило же меня!
Я заметался по комнате, судорожно кидая в рюкзак необходимые тетради, учебники, ручки и параллельно с этим стараясь натянуть джинсы. Получалось, конечно, так себе. Наконец мне удалось более-менее собраться и выскочить из квартиры, хлопнув дверью на весь подъезд. Потом наверняка придётся выслушать лекцию о правилах хорошего поведения в общественном месте от группы местных бабушек, ревностно следящих за соблюдением этих самых правил, но грозящее за опоздание наказание было во сто раз хуже. Не став дожидаться лифта, я слетел по пролётам лестницы и на всей скорости чуть не врезался в подъездную дверь, с трудом затормозив на последних шагах. До родного университета ехать полчаса на автобусе, если не случится пробок, может, и успею на оставшуюся часть пары.
Вот почему со мной вечно происходят разные неприятности? И ладно бы происходили они редко, ну, может, раз в месяц. Так нет же, чуть ли не каждый день, и это при том, что я самый обычный парень, которому нравится тихо-мирно жить в Москве, учиться на ветеринара и искать своё место под солнцем. Кстати о Солнце. Нет, скорее, о Луне. Сегодня снова приснился странный сон: в нём я смотрел на две луны на небе и с кем-то разговаривал. Как это часто бывает, после пробуждения все детали смылись из памяти, но осталось лёгкое ощущение спокойствия и довольства. Уже и не помню, как давно мне начали сниться удивительные по своей красоте и продуманности сновидения, но смотреть их было приятно. Кажется, там я был кем-то вроде мага и умел создавать заклинания, не размахивая волшебной палочкой и не бормоча древние слова. И постоянно участвовал в приключениях. Говорят, сны – это отражение наших желаний. Уж не знаю, так ли это на самом деле, но приключений мне и своих хватает.
Так, в размышлениях, я быстрым шагом шёл к перекрёстку, не оглядываясь по сторонам и не глазея на людей. Поэтому факт того, что сзади кто-то уже несколько раз, причём весьма настойчиво, позвал неведомого (или неводомую, кто знает) мне Зака, не сразу отложился в моём сознании. Ну, кричат и кричат, может, им покричать приспичило. Впереди заморгал жёлтый свет светофора, и я прибавил газу, надеясь проскочить. Я весь сконцентрировался на загоревшемся шагающем зелёном человечке, поэтому пропустил момент, когда чьи-то цепкие пальцы впились в плечо, а меня самого не хило так развернуло на месте. Мир в глазах качнулся, плечо отозвалось болью, а совсем рядом раздался незнакомый голос:
– Совсем оглох что ли? Так ты только скажи, я тебе с радостью уши прочищу.
Я моргнул и уставился на стоящего передо мной парня. Ну, наверное, лучше всего называть его парнем или на крайний случай молодым мужчиной. Его внешность сбивала с толку и не позволяла точно указать возраст. Он был бледноват, будто долго не вылезал на солнечный свет, тёмные волосы очерчивали красивое, слегка вытянутое лицо. А уж одежда на нём сидела странная: серая рубашка и мешковатые штаны, стянутые поясом, а на плечах висел самый настоящий плащ. И это почти в самом центре Москвы! Несколько ошарашенный подобным видом человека, я взглянул ему в глаза, и тут же позвоночник будто ледяной водой окатило. Сказать, что мне стало не по себе, значит, ничего не сказать. Глаза у этого… парня были очень, ну просто очень пугающие. Наверное, я слишком много времени просидел ночью перед компьютером, потому что на секунду показалось, как глаза блеснули красным. Ну и привидится же!
– Эй, чего зенки вылупил? Хоть поздоровайся, что ли. Полмира обыскал, пока тебя нашёл.
– Э-э-э… – глубокомысленно ответил я и тут же встряхнулся. Какой-то незнакомый парень практически хамит мне в лицо! Непорядок! Вывернувшись из хватки, я отступил на шаг и сказал: – Наверное, вы меня с кем-то спутали.
– Ага, спутал, – иронично заметил незнакомец. – Ты себя в зеркале-то видел, шутник?
У меня сразу возникло иррациональное желание взглянуть на собственное отражение.
– Видел, – тупо согласился я, не понимая, почему продолжаю разговор с явно обознавшимся человеком. – Утром.
– Ну так посмотри ещё раз, – посоветовал парень и ухмыльнулся. Ухмылка у него получилась тоже немного пугающая, и по моей спине снова прокатилось стадо мурашек. Да что ж это такое?! Решив, что лучшее средство обороны – это напасть самому, я набычился и, как мне казалось, с гонором наехал:
– Я не понял, в чём дело-то? Вы ошиблись, а я спешу, так что извините, но мне нужно идти.
Я развернулся и даже сделал шаг, но в ту же секунду холодные пальцы сомкнулись на моей шее, сдавив и потянув её наверх. Я с ужасом почувствовал, как ноги на пару сантиметров оторвались от земли. Меня быстро развернули к парню и поставили обратно. Он близко-близко приблизил своё лицо, и стало невозможным оторвать взгляд от затягивающих глаз. «Нет, действительно, – подумал я краем смазывающегося сознания, – красные…»
– Что, действительно не узнаёшь? – удивлённо приподнял брови парень, не выглядящий особо старше и несколько секунд назад спокойно поднявший семьдесят с лишним килограмм одной рукой. Вгляделся в моё побледневшее лицо и переспросил: – Честно-честно? Вот прям совсем?
– Прям совсем, – прохрипел я, пытаясь вернуть самообладание.
Незнакомец откинулся назад, скрестил руки на груди и окинул меня взглядом мясника, оценивающего предстоящую работу. Краем глаза я заметил, что люди обходят нас стороной, словно чумное место. Или сумасшедших. Мысль о сумасшествии парня впервые пришла мне в голову и сразу показалась правдоподобной. А как иначе объяснить, что ко мне пристал парень, которого, готов поклясться, я видел первый раз в жизни, и говорит так, будто мы знакомы? В своём-то здравом уме я полностью уверен.
– Хм, – произнёс парень и задумался, буравя меня взглядом. Потом он, видимо, пришёл к какому-то решению, потому что просиял лицом и широко ухмыльнулся, обнажая зубы. Радостно заявил: – Потом разберёмся. Главное, тебя до Великой Библиотеки дотащить. Лучше, конечно, что б ты самостоятельно шёл, но если что, я подсоблю.
И вот тут, признаюсь, я не выдержал.
Я развернулся на пятках и рванул через перекрёсток на красный свет, едва не налетев на капот автомобиля. В спину ударил возмущённый визг шин и клаксона. Увернувшись от наезда ещё одной машины, я заскочил на бордюр на другой стороне дороги и не оборачиваясь побежал; к тому же, дополнительное ускорение придал автобус, вот-вот отъезжающий от остановки. Я заскочил в транспорт на последней секунде. Когда двери за спиной схлопнулись, привалился к поручню и прилип к стеклу, высматривая сумасшедшего. На обозримом пространстве его не оказалось.
Я плюхнулся на сиденье полупустого автобуса, едущего до моего универа, и перевёл дыхание. Ну вот и что это было, спрашивается? Нет, в столице нашей замечательной страны можно встретить кого угодно – это я прекрасно знаю, но таких встреч лучше избегать. Решив, что глупо забивать голову вредящими здоровью мыслями, я расслабился и уставился в окно. Утро налаживалось.
Впрочем, в выводах я поспешил. С «Паразитологии» меня выгнали, стоило появиться в дверях, и остаток пары пришлось куковать в столовой, заедая расстройство, а заодно и завтракая – так и не случившийся приём пищи был отложен сначала чёртовым чайником, потом звонком друга. Не спеша заглатывая скудную еду и запивая горячим какао, я мазнул взглядом по окнам и вдруг заметил подозрительно знакомые плащ и темноволосого человека, энергично вышагивающего по дорожке. Кусок пирожка встал поперёк горла, и я закашлялся, судорожно глотая. На глазах от усердия выступили слёзы.
– Кхе-кхе. – Треклятый кусочек пролез-таки дальше в глотку. Схватив стакан с какао, я глотнул пару раз и глубоко задышал. Горло немного саднило, но все моё внимание занял замеченный сумасшедший в плаще. Вскочив на ноги и подбежав к окну, я стал всматриваться в улицу. Парень шёл по направлению к главному входу университета, сомнений быть не может. Он пришёл за мной? Но как он меня нашёл?! Сбитый с толку, я озирался, высматривая среди немногочисленных студентов знакомую фигуру. Её не было. Вывод напрашивался сам собой: значит, он зашёл в здание. Оставив содержимое тарелок недоеденным, я поспешил к пропускному пункту. В университет можно попасть только с помощью пропуска, так что если парень не учащийся и не преподаватель, его остановит охрана. Бежать было недалеко, однако и там меня ждало разочарование – искомая фигура не мелькала ни у дверей, ни у единственной лестницы, ведущей на следующие этажи.
– Неужели показалось? – сам себе под нос пробормотал я. Ещё раз окинув внимательным взглядом вестибюль, я дёрнул плечами и попытался выкинуть из головы образ беспечно шагающего сумасшедшего. Мало ли, может, ему тоже нужно было сюда? Или он здесь учится, что тоже вероятно, – всех-то студентов я в лицо не знаю. Кстати, этим объяснилось бы и утреннее происшествие. Успокоив себя подобными мыслями, я направился к лестнице. Следующая пара будет проходить на третьем этаже, и звонок уже скоро прозвенит.
Самоуспокоение вещь хорошая, но до конца учебного дня я то тут, то там в коридоре спиной чувствовал чей-то прожигающий взгляд, но, оборачиваясь, естественно, никого не замечал. В какой-то момент наблюдателю, видимо, наскучила моя постная мина и выдающийся затылок, потому что взгляды прекратились. Взвинченный до состояния готовой вот-вот рвануть бочки, я мало-помалу успокоился и даже списал происходящее на бурное воображение. Серьёзно, кому бы понадобилось следить за мной? Долгов не имею, девушек ни у кого не отбивал, преступления не совершал. Просто образец законопослушного гражданина. А раз так, то и пошёл этот самый наблюдатель в одно познавательное место. Свои нервы нужно беречь – здоровее будешь.
Однако вопреки своим же словам по пути домой нет-нет да и посматривал по сторонам, выискивая уже знакомую фигуру.
К собственному дому я подходил с опаской. Местные бабушки никогда не откладывали чтение нотаций в долгий ящик, и наказание неминуемо и неотвратимо ждало провинившегося на лавочке у подъезда. Однако к моему безграничному удивлению, милых старушек в радиусе видимости не наблюдалось. Поспешив воспользоваться такой редкой удачей, я рыбкой нырнул в подъезд и, перешагивая через две ступени, добрался до своего этажа. Только когда ключ с привычным скрежетом влез в замочную скважину, в голову пришло запоздалое осознание: во дворе вообще никого не было, хотя обычно на каруселях висели дети, а по тротуару прогуливались женщины с колясками. Время не позднее – даже восьми нет. Странно всё это.
Открыв дверь и зайдя в коридор, уже наклонившись, чтобы стянуть кроссовки, я заметил в кухне яркий свет. Сердце подпрыгнуло и рьяно заколотилось о рёбра. Свет я точно не включал утром. Сохраняя удивительное спокойствие, я пошарил по сторонам взглядом. Коридор был узким и ничего, что можно использовать в качестве предмета самообороны, не нашлось, зато обнаружился зонт-трость, непонятно кем и непонятно когда забытый. Обхватил оружие покрепче и выставив вперёд узкий кончик, я бесшумно добрался до кухни и аккуратно заглянул внутрь. Там, вольготно устроившись на единственной табуретке, сидел парень с плащом. Заметив меня, он взмахнул рукой и произнёс:
– Что-то ты не торопился домой.

Ох, лучше бы я тогда прогулял пару.

Глава вторая


Не так страшен чёрт, как вампир,
решивший перекусить тобой.
Всем известный вампир


– Что-то ты не торопился домой, – заявил парень в плаще, сидя на моей кухне, моей квартиры и в моё отсутствие. Тут его взгляд упал на зонт в моей судорожно сжатой руке, и он гадостливо оскалился: – Отличное у тебя оружие, одобряю. Хоть бы Воздушный кулак организовал, не так смешно выглядело бы.
Не понял, про какой он кулак говорил, но вот зонт у меня вполне боевой. Перехватив его двумя руками и направив на непрошеного гостя, я настороженно осмотрелся в поисках возможных соучастников. В квартире стояла тишина. Стараясь держать типа в плаще на периферии зрения и не поворачиваться к нему спиной, отступая мелкими шагами, бегло проверил спальню. Потом резким рывком распахнул дверь совмещённых туалета и ванной. По всей видимости, кроме меня и этого типа никого в квартире не было.
За всеми моими передвижениями парень наблюдал со снисходительной ухмылкой. Меня его вид жутко бесил, но подозрительность всё же пересиливала. Я решил начать с главного вопроса, не переставая держать незнакомца на мушке:
– Как ты проник в квартиру?
– Через это окно, – охотно отозвался парень, указав себе за спину. Створка окна, открытая с утра, была заботливо притворена.
Я не удержался и скептически скривил губы.
– По стене что ли взобрался?
– Ага.
Вот тут я железно уверовал, что надо мной просто издеваются.
– На шестой этаж?
– Вообще не вопрос, – подтвердил мои опасения парень и легко вскочил на ноги. Я мгновенно напрягся, крепче обхватив зонт. Сумасшедший в плаще фыркнул: – Палку свою убери, не позорься.
Слушаться его я, разумеется, не собирался. Так, нужно взять положение под свой контроль. А то командую тут… всякие.
– Ладно, оставим вопрос, как ты проник в мою квартиру. – На этих словах парень настолько утомлённо закатил глаза, что мне стало бы стыдно, если бы не было так страшно. Я упрямо продолжил: – Что тебе от меня нужно? Ты вообще кто?
– Между прочим, мы знакомы и многое пережили вместе, в том числе из-за твоих дурости и излишнего любопытства. – Тут парень ухмыльнулся так, что стало жутко. А за дурака – обидно. – Но ты, я вижу, где-то память растерял свою, так что, так и быть, представлюсь снова. Вельхеор, самый кровавый Высший вампир. Ужасайся и падай ниц.
Всё, финиш, пора звонить дядям в белых халатах, подумал я и вдруг расслабился. Где-то слышал, что в общении с сумасшедшими главное не делать резких движений и разговаривать мягким тоном. Опыта проверить совет раньше не было, а теперь вот представился.
– Вампир, – повторил я. Парень кивнул. – Высший.
Сумасшедший скривился:
– Вот давай только без этого. Я вроде чётко говорю.
Я поспешно кивнул.
– Отлично. – Этот… Вельхеор прошёл мимо меня в спальню – я ловко посторонился, держась на расстоянии, и уже оттуда продолжил: – Я немного порылся в вещичках, пока тебя ждал. Бедновато живёшь. Никогда бы не подумал, что отпрыск Великого дома Никерс будет добровольно ютиться в таком чулане.
Фамилия мне ничего не сказала, но уточнять я, разумеется, не стал – мало ли какую ерунду начнёт пороть спятивший человек, к тому же считающий себя вампиром.
– Нормальная это квартира, – решил заступиться за собственное жильё я. – Вполне уютная.
«Особенно, если в неё не забираются странные типы», – про себя добавил я, но благоразумно промолчал.
Вельхеор хмыкнул:
– Скажешь мне это, когда побываешь в родных пенатах. Твоя тётя, думаю, быстро вправит тебе обратно утончённый вкус. – Он по-хозяйски развалился на незаправленной кровати и вдруг одним быстрым движением вытащил из-под подушки плеер. Наушники-затычки двумя змеями заскользили следом. Я даже моргнуть не успел, настолько стремительным получился выпад. – А это что?
Гениальная идея мгновенно замигала в голове огромной сияющей табличкой со словом «выход».
– Музыкальный плеер. Вставь затычки в уши и нажми кнопку с треугольником. – Я жестами объяснил процесс включения музыки, и «вампир» повторил его. Даже со своего места я услышал вырывающийся из наушников рёв. Ну, люблю я музыку погромче, что тут сделаешь?
Однако Вельхеор никак не проявил неудовольствия. С восторгом заткнул уши ревущими динамиками, и через несколько секунд на его лице проступило блаженство. Прикрыв глаза и, кажется, даже тихонько подпевая, он откинулся на стену и весь отдался музицированию. Идеальнее возможности удрать и не придумаешь. Пятясь задом, я дошёл до двери, нащупал ручку и бесшумно выскользнул в общий коридор. Последнее, что я расслышал, прежде чем закрыть дверь и запереть её ключом, что-то про музыкалку (или что-то похожее) от Вельхеора.
Осталось дело за малым – перекантоваться где-то ночь, а утром вызвать «скорую помощь» или ребят из психиатрической больницы. Никогда раньше никого не сдавал в психушку, не знаю даже, кому звонить. Но вот кое-кому позвонить всё же могу. Достав из кармана джинсов телефон, я набрал Лёху, параллельно преодолевая лестничные пролёты. Друг не отвечал долго, и когда я уже собрался сбросить вызов, стало понятно, почему – спал.
– Мхм-мда, – просипело нечто на том конце трубки.
– Это я, – ответил я и дал другу секунд пять на разогрев мозга. – Я завалюсь к тебе сейчас?
Лёха продрался сквозь дурман сна и уже более осмысленно спросил:
– Зачем?
– Понимаешь… – Я вышел из подъезда на улицу и задрал голову, отсчитывая этажи. В окне моей квартиры дружелюбно горел свет. – Тут небольшие проблемы с квартирой образовались, переночевать у тебя хотел.
– А-а-а, – протянул друг и протяжно зевнул. – Лады, приезжай.
– Спасибо. Через час буду.
Вот чему всегда поражался, так это умению Лёхи отрубаться едва ли не раньше, чем голова коснётся подушки. Мне в последнее время удавалось заснуть лишь далеко за полночь, и то сны потом снились… необычные.
Сидящая в моей комнате проблема была не то что бы небольшой, но очень уж неприятной. Красть в квартире особо нечего: компьютер один, плеер да сгоревший чайник, так что за скарб я не беспокоился. А вот находиться в одной квартире с сумасшедшим явно опасно для здоровья. Поэтому я как был: с рюкзаком, университетскими тетрадками и в наспех натянутой утром одежде, решил переждать угрозу у друга. Лишь покинув территорию родного двора, я заметил зонтик в руке. Ну ладно, не возвращаться же из-за него.
Стемнело как-то слишком быстро. Небо затянуло тучами и вот-вот собирался пойти дождь. «Вот и зонтик к месту», – радостно подумал я, вышагивая в сторону станции метро. Решив сократить дорогу, свернул пройти через местный пустырь. Тревоги дня сами собой отошли на второй план, на их место пришло приподнятое настроение. Свежий воздух и предгрозовое состояние природы отлично повышают тонус и…
– Помогите!!
Я сбился на полушаге. Справа в отдалении послышались мужские голоса и невнятное мычание. Не раздумывая, я рванул туда.
Трое мужчин окружили женщину, один из них зажимал ей рот, одновременно заламывая руки за спиной. Второй вывернул на асфальт содержимое сумочки и, сидя на корточках, копался в куче вещей; рядом уже лежали мобильник, бежевый кошелёк и связка ключей. Последний стоял отдельно от группы и просто наблюдал. Все трое грабителей находились ко мне спинами, чем я и поспешил воспользоваться. Подскочив сзади к самому высокому, широко размахнулся и со всей дури врезал ему по затылку зонтиком. Преступник качнулся вперёд, теряя равновесие. Не думаю, что удар получился таким уж сильным, но на некоторое время один из противников дестабилизирован. Пока его дружки не сообразили, что происходит, я ударом ноги в лицо сшиб на землю сидящего мужика. Он повалился на спину, подвывая и зажимая ладонями разбитые нос и губы. Адреналин забурлил в крови, сердце предвкушающее заколотилось. Хотелось драться, впечатывать кулаки в лица, двигаться… Не замечал раньше за собой подобной кровожадности.
Прикрывающийся женщиной грабитель молниеносным движением достал из кармана складной нож и приставил лезвие к горлу жертвы. Женщина всхлипнула и уставилась на меня широко распахнутыми молящими глазами. Никогда не мог противостоять женским слезам.
– Отпусти девушку, – угрожающе прорычал я, стискивая переломленный остов зонта.
– С…! – взревел преступник, дёргая женщину на себя. Я сделал было шаг вперёд, как почувствовал сзади чужое присутствие. Присел, уходя в сторону от удара, и собрался тут же вскочить на ноги. Вдруг краем глаза уловил расплывчатое движение, и висок взорвался болью. В глазах запрыгали звёзды, голова загудела, как огромный колокол. Я выставил руку, упираясь ладонью в холодную землю, упал на колени. Не знаю, чем меня приложили, но цветные точки всё плясали и плясали под веками; висок ныл противно и остро. Собирая мысли в кучу, попытался принять горизонтальное положение и снова получил удар, в этот раз под рёбра. Я взмахнул руками, чтобы схватить нападавшего, но лишь мазнул по чьей-то куртке. Удары начали сыпаться куда попало, потом в ход пошли ноги.
Лёжа на землю, утыкаясь лбом в мелкие камешки, я старался сделать вдох. Рёбра болели, мышцы тоже, особенно пострадала правая рука – кто-то носком ботинка попал в болевую точку на локте. Мне повезло – грабители лишь избили, не став завершать начатое, хотя один из них, хрипя и булькая (наверное, из-за перебитого носа), призывал «порешить этого …». Сознание возвращалось урывками, я видел будто сквозь плёнку. Но вот раздавшийся надо мной насмешливый голос узнал сразу:
– У вас тут вечеринка, смотрю. Эй, Зак, почему меня не позвал?
Скосив глаза, я уставился на улыбающееся лицо Вельхеора. Кровожадно улыбающееся.
Трое грабителей явно не обрадовались появлению нового действующего лица. Матернувшись, высокий выставил нож и кинулся с ним на Вельхеора. Дальнейшее я видел чётко, но вот осознавать получалось не сразу. Вельхеор играючи перехватил руку напавшего, избежав острого лезвия, потянул её вниз и внезапно резко дёрнул назад. Хруст костей услышал даже я. Преступник заорал и сразу стих – Вельхеор вонзил в его горло пальцы свободной руки. Брызнула кровь; тело, больше не удерживаемое ничем, кулём свалилось на землю. Женщина пронзительно закричала, грабители на несколько секунд застыли в ужасе. А Вельхеор спокойно перешагнул труп и направился к двум оставшимся.
Я мучительно медленно моргнул, а когда потяжелевшие веки разлепились, Вельхеор на половину погрузил ладонь в грудь Разбитого носа, прямо в сердце. Потом – я никак не мог осознать – впился ртом в горло. Меня замутило, и, чтобы не распрощаться с содержимым желудка, я отвернулся, закрывая глаза. Остались только звуки, но и их хватило с лихвой.
Пытаясь абстрагироваться от чмокающих звуков, я сделал усилие приподняться на руках. Тело дрожало, колени всё время стремительно разъезжались. Не знаю, сколько времени я возился, словно жук в грязи, но в результате смог встать на корячки. Маленькая победа. Как оказалось, меня нехило штормило.
В радиусе видимости возникли ботинки, остановились сбоку, а потом кто-то приподнял меня за шиворот футболки. Уплывающим взглядом я зацепился за лицо присевшего Вельхеора и… едва не заорал. В уголках его губ торчали острые, как иглы, и длинные клыки. Он понял, на что я вытаращился, и ухмыльнулся, ещё больше обнажая белые клыки. Издевательски спросил:
– Что-то ты совсем зелёный стал. Страшно что ли?
Вельхеор поднял руку на уровень моих глаз и, когда я перевёл на неё взгляд, пошевелил пальцами. Вместо человеческих ногтей на них были звериные когти, жёсткие, удлинённые раз в пять. И в крови.
Это зрелище стало последней каплей для моего бедного душевного состояния, и я потерял сознание.

Глава третья


В минуты стресса просто начните напевать:
«Ведь если в башне по*бень,
То что *бень, что не *бень» (Ленинград - "ЗОЖ").
Из книги «Давайте рассуждать логически,
или Как перестать паниковать»


Пробуждение нельзя было назвать приятным. Избитые участки тела стонали, даже если не двигаться, а когда я попробовал перевернуться на бок, едва не отрубился во второй раз. Перед глазами мелькали разрозненные картинки произошедшего, не желающие складываться воедино. Голова просто взрывалась, особенно левый висок. Превозмогая боль, я с трудом прикоснулся к пульсирующему месту. Под пальцами что-то закрошилось. Стон сам сорвался с губ. Да, давненько мне так не доставалось.
– О, живой.
Радостный голос Вельхеора ввинтился в исстрадавшуюся голову и вызвал новый приступ мигрени. Я выругался сквозь стиснутые зубы. Что б этому Вельхеору!.. Неожиданно видение мужчины с пробитым горлом ярко встало на внутренней стороне век, и я вздрогнул. Вельхеор! Монстр!
Распахнув глаза, я увидел скалящегося парня, которого явно веселила моя побитая тушка. Клыки никуда не исчезли, ногти на сложенных на груди руках выглядели вполне привычно. Но я всё ещё подетально помнил, как он своими пальцами вспорол горло и грудь здоровенных мужиков, а потом присосался к одному из них. Это что же получается? «Самый настоящий вампир, – сам себе ответил я и добавил: – Мамочки…»
– Ну что, гер-р-рой, как самочувствие? Хотя можешь не отвечать, и так вижу. Кр-р-расавец просто, вот прямо бери и относи на Великое кладбище – мертвяки за своего примут.
Я с кряхтением приподнялся на кровати (и как на ней оказался?) и отполз в угол, подальше от Вельхеора. Тот удивлённо выгнул бровь.
– Ты чего?
– Ты вампир? – прохрипел я саднящим горлом. Сглотнул, но лучше не стало.
– Ну приехали, – разочарованно протянул он. – Тебе тем ударом функцию запоминания совсем отшибли?
Тем ударом?
– Ты что, всё видел с самого начала?!
– Разумеется.
– А почему раньше не вмешался?!
Вампир злорадно усмехнулся:
– А это чтобы ты в следующий раз хорошенько подумал, от кого сбегаешь. И кстати, запомни: бросать вампиру вызов в охоте – оригинальный, но, увы, последний безумный поступок, который успеешь сделать в своей жизни.
Недвусмысленная угроза из уст кровососа значительно охладила мой праведный гнев. Меня разрывали противоречивые чувства. С одной стороны, не верить своим глазам я не мог (хотя очень хотелось бы). С другой – вампиров не существует. Не должны, по крайней мере. Я украдкой взглянул на Вельхеора, уже с некоторыми поправками в вопросе его эволюционного происхождения. Он, казалось, вообще забыл о моём бренном теле и развалился на стуле, закинув ноги в ботинках на стол, откинувшись на спинку и сложив руки на животе. Прислушавшись, я различил весьма недурственное мычание неузнанной песни. Под пристальное изучение попал Вельхеоров профиль лица. Очень даже привлекательный профиль, стоит признать. Сейчас, когда с моих глаз будто пелена упала, я отметил чисто вампирский облик нового знакомого, как его изображают в фильмах. Да и одет Вельхеор был как всамделишный вампир. И, прислушавшись к своим ощущениям и глубочайшим отзвукам в душе, с удивлением понял, что существование – и больше того: присутствие в непосредственной близости самого настоящего живого вампира, уже воспринималось мной легко, словно всю жизнь свою я знал о них, но слегка подзабыл.
– Ну что, раскаялся и осознал? – лениво осведомился Вельхеор у потолка, не потрудившись даже взглянуть в мою сторону.
– Нет ещё.
– Быстрее давай. Нам, конечно, торопиться некуда, но я бы предпочёл вернуться в свой мир.
– Если перестанешь мешать, начну думать быстрее, – огрызнулся я и тут же похолодел от ужаса. Это что же я творю-то?! Вельхеор медленно повернул голову; его глаза зажглись красным светом. Все волосы, которые имелись на моём теле, встали дыбом, даже непригодные для подобного. Сердце испуганно дёрнулось и свалилось в желудок.
Неторопливо вампир поднялся на ноги, сделал широкий шаг к кровати и наклонился, не мигая глядя мне в глаза. Если бы было возможно, я бы просочился сквозь стену дома и драпанул куда глаза глядят, лишь бы оказаться как можно дальше от Вельхеора и собственной дурной головы, которой, видимо, недолго осталось на плечах болтаться. Я не смел моргать и дышать, пялясь в крошечные иглы-зрачки; тело заледенело и объявило бунт. Если честно, очень хотелось позорно потерять сознание.
Вельхеор приблизил своё лицо близко, так, что я почувствовал на щёках дыхание, и без ставшей привычной шутливости сказал:
– Ты, конечно, мне почти что родственник уже, и я обещал Алиске, что найду и верну тебя. Однако в процессе у тебя случайным образом может оторваться рука или нога – фигня, с кем не бывает? Поэтому лучше тщательнее выбирай слова и того, кому ты их говоришь, Зак. Понял меня?
Я не мог кивнуть или хотя бы моргнуть для подтверждения, но на моей физиономии Вельхеор прочитал полное и безоговорочное согласие и выпрямился. Я тут же сделал глубокий и судорожный вдох.
– Это тебе чисто дружеский совет. Благодарить потом ещё будешь, – снисходительно ответил вампир, принимая на стуле прежнее положение. Спинка стула протяжно и жалостливо скрипнула. – Итак, вернёмся к нашим троллям. Что мы имеем? Ты… Да расслабься уже, больно надо мне тебя калечить. А то сбледнул так, что даже мне стало неудобно. Итак, Зак. Что ты помнишь?
– Я не Зак, – сказал я, понемногу приходя в себя. Откровение Вельхеора насчёт целостности моего организма изрядно заставило нервничать и косо смотреть на вампира. Что-то не похоже, что это была такая милая дружеская шутка.
Вельхеор вскинул брови в уязвляющем удивлении и схохмил:
– Да ты что? То-то я удивляюсь.
Кривляния и детские ужимки парня (тут я а миг усомнился в возрасте знакомого; не забыть спросить его) настолько надоели и вывели меня из себя, что, взяв себя в руки и набравшись смелости, я расправил плечи, вылез из угла и по-хозяйски устроился на собственной кровати. Впрочем, на некотором отдалении от вампира.
– Зовут меня не Зак. И я всё ещё уверен, что ты ошибся. – «Или помешался».
– Ну и как тебя зовут?
– Макс.
Казалось, Вельхеор проявил искреннюю заинтересованность.
– А полностью?
И вот тут я замялся. Не люблю своё полное имя. Какое-то оно… странное и совершенно мне не подходит. Вельхеор ещё больше оживился из-за промедления.
– Ну-у-у? Не может же быть всё так плохо.
– Максимилиан, – неохотно процедил я. Вельхеор самым натуральным образом заржал. Я вылупился на хохочущего вампира, совершенно сбитый с толку – как-то не вязался его образ (как он там себя назвал? Высшим вампиром?) с веселящимся на славу парнем.
– Я, конечно, знал, что твоему роду не везёт на нормальные имена, но это хуже даже Закериала.
Это тот самый Зак что ли?
– Вообще-то, это немного обидно.
Вельхеор фыркнул:
– Давай, надуйся и встань в угол. Как раз будешь соответствовать своему умственному развитию.
– Да как будто сам намного старше, – пробурчал я себе под нос, но вампир невероятным образом услышал.
– Но-но, мальчик. Имей уважение. Ты даже представить не сможешь, какие времена я застал.
– Ну и сколько тебе? – подозрительно спросил я, твёрдо уверенный, что меня разводят, как последнего дурака.
Вельхеор возвёл глаза к потолку, посмотрел на что-то и небрежно ответил:
– Три тысячи, плюс-минус пара сотен лет.
Я поперхнулся воздухом.
– Да не может быть!
Вампир самодовольно ухмыльнулся, наслаждаясь моей реакцией.
– Ещё как может. Ты, кстати, вполне спокойно можешь дожить лет так до пятисот. Если, конечно, перестанешь влезать в неприятности.
Уж не знаю, откуда он узнал про неприятности, но совет очень дельный и, я бы даже сказал, жизненно необходимый.
– Прямо-таки до пятисот? – я никак не мог поверить, что надо мной не издеваются.
– Ремесленники ещё и не столько живут. Правда, до Высших вампиров вам всё равно далеко.
Я встрепенулся.
– Ты уже упоминал этих самых Высших. Это кто?
Вельхеор уставился нечитаемым взглядом, и мне стало немного не по себе. Как-то сразу вспомнилось, что ситуация складывалась ну очень странная: в моей комнате сидел парень, называющий себя вампиром, да не просто вампиром, а чуть ли не свидетелем рождения современного общества (в самом широком его понимании). Хоть я и принимал слова Вельхеора на веру, но временами накатывала волна холодной рациональности и банальное «да не может такого быть». И всё же большей части души хотелось верить вампиру (или кто он там на самом деле).
– Давай-ка с самого начала начнём, – как с маленьким, заговорил Вельхеор, не сводя с меня немигающего взгляда. Мне невольно захотелось сесть ровнее и сложить руки на коленях. – Тебя зовут?..
– Макс, – послушно вставил я вместо паузы.
– Точно не Зак?
Вместо ответа я закатил глаза.
– Ладно, дальше. Меня ты не помнишь. Точно не помнишь? Да не мотай ты так головой – отвалится. Я назову тебе пару имён, скажешь, если будет что-то знакомое. Ромиус, Кельнмиир, Чез… Алиса.
На последнем имени он уставился особенно выжидающе, но я лишь в очередной раз мотнул головой. Ничего во мне не шевельнулось при упоминании этих людей (да и людей ли?). Вампир задумчиво откинулся на спинку стула и склонил голову на бок.
– Ну-ка расскажи о себе.
Я поморщился.
– Обязательно?
– Обязательно.
– Всё-всё?
– Всё, – отрубил вампир. Я вздохнул и сосредоточился, приводя мысли в более-менее логичный ряд.
– Зовут Макс, – начал я, проигнорировав Вельхеорово язвительное: «Это мы уже проходили», – учусь на ветеринара…
– На кого? – влез любопытный вампир.
– Зверушек лечу, – огрызнулся я. – Ты перестанешь меня перебивать?
Вельхеор сделал неопределённый жест рукой, мол, продолжай. Я засомневался, что рассказать ещё.
– Родился в Москве. Родителей звали…
– Стоп. – Я с удивлением посмотрела на поднявшего ладонь вампира. – Поступим по-другому. Что ты делал сегодня?
– Э… – получилось донельзя глупо. Поднатужился и припомнил все в подробностях. – Утром сгорел чайник, потом я побежал на пары. Кое-кто ко мне пристал на перекрёсте, – я покосился на бесстрастного Вельхеора. – Потом пришёл домой и увидел тебя. Ну, а дальше ты знаешь.
– Сойдёт. Вчера что было?
Я нахмурился.
– Зачем тебе это?
– Просто ответь.
– С Лёхой пиво пили.
– Позавчера.
– Эм… Кажется, в кино ходил.
– Неделю назад.
– Была суббота, весь день проторчал дома. – Я решительно не понимал, чего добивается Вельхеор или куда хотя бы клонит. И решил спросить у самого вампира:
– Зачем тебе это?
– Проверяю твою подсознательную память. Что ты делал позавчера?
Я раздражённо выдохнул, но покорно повторил:
– В магазин ездил за продуктами, как я тебе и сказал меньше минуты назад.
– А в субботу?
– Встретился с Ленкой и Лёхой, гуляли в парке.
На губах Вельхеора расцвела тонкая усмешка, обнажившая клыки. Они на короткое время завладели всем моим вниманием. Интересно, а они настоящие? Если их дёрнуть, что будет? Его голос привёл меня в чувство:
– Любопытно. Ты ничего не заметил?
Я непонимающе выгнул бровь.
– Что именно?
– Та-а-а-ак… – протянул Вельхеор и замолчал. Нет, он точно издевался. Только я раскрыл рот, собираясь вытребовать, наконец, все ответы, как он ни с того ни с сего огорошил вопросом: – Тебе сны странные снятся? Например, о другом мире, магии, может, о магических существах. Воображаешь себя этаким всесильным магом?
Я захлопнул рот, потом снова открыл.
– Как?.. – замешательство не дало закончить предложение.
– Наверное, ещё и песенки сочиняешь, – добавил Вельхеор, ухмыляясь.
Я почувствовал, как краснею. Да, было дело…
– И родителей, небось, с детства не видел. Почти всё стало понятным.
– А вот мне непонятно! Объясни уже по-человечески!
Вельхеор скривился.
– Не оскорбляй меня этим сравнением. В большинстве своём вы годны только в качестве еды.
Я на краткий миг представил, что вампир скорее всего не шутит, и от этого стало немного дурно. Вельхеор как ни в чём не бывало продолжил:
– Твои воспоминания замещаются этим миром. Ты не замечаешь подмены, потому что для тебя их как будто и нет. Ты впихнул себя в этот мир, заставил принять, и он вынужден был создать для тебя личину, личность, место которой ты занял. Все твои воспоминания не более чем игра воображения и защитный рефлекс.
Я слушал Вельхеора, и его голос проникал в моё сознание с упорством бура, разрывающего непослушные недра земли. Я слушал, но смысл не укладывался в голове. Какая личина, о чём вообще говорит этот парень?
– Всё просто: тебя не существует в этом мире.
Вот так приехали.

Глава четвёртая


– Чуешь это?!
– Что?
– Дух охоты!
Из полузабытого сна Макса


Чаю хотелось очень сильно, и хотя чайник не подлежал восстановлению и укоризненно косил на меня чёрным боком, я нашёл выход из положения – откопал в завалах кладовки чудом сохранившийся кипятильник. Не знаю, кто его туда положил и сколько лет назад, но находка пришлась как нельзя кстати. В этот раз я решил отказаться от какао в пользу быстро завариваемых пакетиков, потому что на вдумчивое дегустированные любимого напитка просто не осталось сил. Когда вода забурлила, я, после недолгого раздумья, налил из-под крана воды в ещё один стакан и перекинул кипятильник туда. Не знаю, питаются ли вампиры чем-то ещё, кроме крови, однако проверять на себе лучше не буду.
Я уселся на крякнувшую табуретку, обхватил пальцами ручку кружки, всю в трещинах и тёмном налёте, и бездумно уставился в окно. В стекле отражался бледный всклокоченный парень и захудалая кухонька. Фонари во дворе не горели, поэтому за окном царила темень – перевалило за полночь. В голове было пусто; ни одна мысль не задерживалась сколько-нибудь долго, чтобы захватить всё внимание. Я чувствовал себя жутко уставшим – весь тот массив информации, что Вельхеор любезно вывалил на меня, заглушил любые эмоции. Хотелось сидеть, пить чай и ни о чём не думать.
Из ванной комнаты донёсся очередной руладный надрыв вампира (на удивление хорошо поставленным голосом), и он немного привёл меня в чувство. Не думал, что нежить любит купаться, однако Вельхеор за один очень, очень длинный вечер перечеркнул все мои представления (надо признать – довольно скудные) о не-людях. А ведь наверняка он не всё рассказал! Ох, чую, пожалею я, что вообще стал слушать Вельхеоровы чистосердечные откровения. Особенно после заявления, что меня, вроде как, быть здесь не должно.

* * *


– Че-го-о-о?..
– Объясняю доступным для твоего примитивного восприятия языком.
И Вельхеор начал объяснять.
Я слушал его, в какой-то момент осознав, что сижу раскрыв рот. Всё, о чём он говорил, было полнейшей чушью, которую мог выдумать разве что писатель-фантаст. И Вельхеор будто пересказывал приключения крайне неудачливого, но тем не менее любимого Судьбой, друзьями и более-менее разумными существами героя. Стандартный набор для попаданца, вышедшего из-под пера автора. Перед моими глазами как живой предстал парень по имени Зак, который, по словам вампира, был мной – или, точнее, я был им.
Этот Зак из другого мира владел магией – Ремеслом, и мог выделывать всякие волшебные штуки. У него было с пятёрку лучших друзей, готовых за ним и под землю и под воду лезть, и пинок под зад в нужный момент отвесить, и от смерти спасти. Ещё у Зака имелись могущественный дядя – Император страны и тётя, чьей железной рукой дядя и был водворён на трон. Кажется, не совсем добровольно. Зак учился в таинственной Академии и по выпуску должен стать Ремесленником. В меру умён, в меру глуп, умеренно героичен и безмерно невезуч. Он не успевал вылезти из одного приключения, как влипал уже в следующее, более опасное и (тут Вельхеор радостно осклабился) кровавое. И почему-то этим человеком-катастрофой вампир называл меня.
– Подожди, да при чём тут я вообще?! – в конце концов не выдержал я. Внутри клокотало от смеси гнева, растерянности и чего-то ещё, неопределяемого. Закипало, не находя выхода.
– И тут мы подходим к самому интересному.
Я уже примерно понял, что именно Вельхеору казалось интересным, и напрягся. Ох, что-то сейчас произойдёт…
– Когда Зак прибыл на Радужные острова с целью найти родителей, он вляпался, по своему обыкновению, в одну историю, его совершенно не касающуюся. Не в курсе всех подробностей – Чез молчит, как добитый упырь, а хорошенько его попытать мне не даёт Алиса.
Я сглотнул, представив, какая участь могла постигнуть друга Зака, если бы не заступничество вампирши. Не сомневаюсь во впечатляющем таланте Вельхеора налаживать контакты с людьми.
– В общем, Зак схватился за весьма любопытный артефакт, неизвестно кому принадлежащий и как оказавшийся в том месте, и его личность расщепило на десяток-другой подличностей. А так как он Человек Судьбы и имеет прямой доступ к Коридору Судьбы, эти подличности раскидало по разным мирам. Таким образом появился, – вампир наставил на меня палец, – ты.
– А…
– Бэ.
– Но…
– Бревно.
– Вельхеор!
– Ну что? – скучающе протянул тот.
– А этот артефакт, ну, неизвестный… Нельзя процесс в обратную сторону запустить?
– Не-эт. Его сразу Ремесленники зацапали для исследований. Три дня изучали, результата никакого. Параллельно друиды работали. Как только не обследовали Зака, в какие только места не заглянули – сказать стыдно. Выяснили, что сознание разделилось на куски, и собрать его без разбросанных частей не получится.
Я хлопнул глазами, мучительно медленно соскребая со стенок черепа разбредавшиеся мысли в попытке выстроить их в ровный логический ряд. Мысли сопротивлялись, а самая главная среди них, самая важная всё время ускользала, и не удавалось её схватить.
– Так в чём проблема-то? Найдите и соберите.
– А проблема, мой юный тугодумный друг, в этом самом «найдите». Тебя я нашёл, хоть и не без труда, остальные отправились за другими Заками.
Мысль подпустила к себе ближе и задорно защекотал предчувствием. В носу зачесалось, и я не утерпел – схватился пальцами за кончик и несколько раз потёр. Я чувствовал, что ещё немного, и озарение снизойдёт цветной мишурой, окутает и обернётся ласкающимся котом. Надо только…
Вельхеор резво вскочил и заявил, что собирается принять ванну и «где тут у тебя блага цивилизации?», чем напрочь спугнул готовое вот-вот возникнуть озарение. Что б этому кровососу! Я и пальцем не двинул, чтобы помочь, но вампир справился сам. Уже из совмещённых ванной комнаты и туалета донёсся полный презрения комментарий: «Сколько веков этой рухляди?» – потом натужно взревели трубы, в их нутре что-то захлюпало, забилось, прогрохотало, и до меня дошло – вампир нагло сбежал, и плевать ему с высокой колокольни на мои оставшиеся вопросы. Ну, я тебе припомню ещё это!

* * *


Чай в чашке закончился, и я в раздумье посмотрел на закипающий Вельхеоров стакан. Прислушался. Вампир напевал нечто яростно-боевое, подо что хотелось маршем идти на штурм крепости и рубить дракону голову, и явно не собирался в ближайшее время вылезать. Что-то долго он там возится. Я потянулся к стакану.
В дверь позвонили.
От неожиданности я подскочил на стуле и обернулся в сторону коридора. Это кого принесло в… Крохотные часы показывали почти два ночи. Блин, наверняка Вельхеор своими воплями раздраконил старушку – соседку снизу. Она внушала ужас все жителям подъезда, несмотря на миниатюрные размеры и седые волосы: чуть что, шла устраивать скандал, и без разницы, кто перед ней стоял: дама с тявкающей собачкой или бородатый байкер с железным «конём». Ох, и придётся же сейчас выслушать!..
В должной мере раскаявшись и постаравшись издавать как можно меньше звуков, я добрался до входной двери, сдвинул защёлку, положил руку на ручку, вдохнул поглубже и начал жалостливо, одновременно толкая створку:
– Наина Фёдоровна…
Дверь распахнулась от чьего-то мощного рывка, в коридор залетели поджарые фигуры в чёрном, рыча: «Руки за голову, лицом в пол!», а в живот мне врезался пудовый кулак в перчатке. Весь запасённый воздух вылетел вместе с хрипом, и я согнулся пополам, заваливаясь вперёд. Сверху навалилось тело, прижало коленом спину, заставило распластаться по полу. Ноги согнулись болезненным образом и упёрлись в косяк кухни, но неудобства перебила боль в заломленных руках. Оторвав лицо от грязного линолеума, я смог повернуть голову набок и прохрипеть:
– Вы чего?..
Заткнули рот не церемонясь – ударом колена под лопатку. Тонко намекнули, что лучше молчать. Ещё две фигуры просочились в квартиру, перешагнули через меня и исчезли в недрах комнат: одна на кухне, другая в спальне. Я пыхтел, пытался научиться дышать полной грудью; плечи начало ломить.
Обыскали квартиру молча, и вот одна из фигур вернулась и замерла напротив двери в ванную, откуда продолжал слышаться шум льющейся воды. В свете кухонной лампы очень чётко выступил ствол автомата в руках затянутого в чёрную спецовку ОМОНовца. Я с ужасом вспомнил про Вельхеора. Открыл рот, чтобы предупредить вампира, и в тот же момент силовик одним коротким рывком снёс хиленькую защёлку, выдрал замок из паза и ворвался внутрь. Я задержал дыхание. Не знаю, за кого больше испугался: за ОМОНовца с его «Калашом» и в бронежилете или за Вельхеора с когтями и клыками, но выдохнул облегчённо, когда из ванной раздался голос искренне удивлённого вампира:
– Не понял. Что за ролевые игры резвых самцов?
Я бы всё отдал, чтобы из безопасного места посмотреть, что творится в комнатёнке. Раздался звук удара чего-то мягкого обо что-то твёрдое, с бортика ванны попадали немногочисленные бутылки шампуня и гелей, с шумом на пол свалилось тяжёлое тело в амуниции. Оставшиеся силовики перегруппировались, наведя стволы на медленно закрывающуюся дверь. Меня, видимо, за угрозу уже не воспринимали. Даже как-то обидно стало. Впрочем, я не спешил подниматься и вообще хоть как-то напоминать о своём существовании.
Тот, что раньше сидел на моей спине, развернулся и присел, уперев локоть в колено и щурясь в прицел. В ванной зашоркали, дверь, театрально скрипнув просевшими петлями, приоткрылась, а взглядам силовиков предстал голый Вельхеор, как котёнка – легко и непринуждённо – держащий за ворот бронежилета девяносто килограмм живого отрубившегося веса. Готов поклясться, что услышал, как у ближайшего ОМОНовца клацнули зубы.
Взгляд сам собой пополз по телу Вельхеора, но усилием воли я заставил его замереть на уровне чужих коленей. Голых и довольно симпатичных. Несмотря на экстремальную ситуацию, к щекам стала приливать кровь. Вот же засада!
По беззвучной команде оба ОМОНовца открыли огонь. Три пули с тихим «чпок-чпок-чпок» вырвались из стволов и вгрызлись в грудь Вельхеора. Тот опустил голову, посмотрел на ровные дырочки – одна прямо напротив сердца, две другие чуть левее – и протянул:
– О-оу…
Наверное, доблестные стражи порядка ожидали, что Вельхеор, покачнувшись, опрокинется на спину или трагично опустится на колени, закатив глаза и испустив последний стон боли. Однако Вельхеор продолжал стоять и выглядел живее всех живых. Кто-то плюнул ещё два раза свинцовой смертью, в этот раз попав аккурат промеж бровей вампира. Того слегка тряхнуло, и он выпустил из захвата шиворот не приходящего в себя бойца. Очень приветливо улыбнулся ребятам, сверкнув сантиметровыми клыками. Тот, который сидел возле меня, просипел:
– Мать вашу…
Я был солидарен с ним, хотя и ожидал чего-то подобного, после близкого-то общения с вампиром.
– Ещё попытку дать? – участливо поинтересовался Вельхеор. Никто, включая меня, не издал ни звука. – Тогда мой черёд.
Мгновение – и он уже вывел из строя затаившегося в спальне силовика, ещё мгновение – одним прыжком преодолел расстояние до оставшегося. Удар ребром по шее – и мужик свалился кулём, едва не придавив мне голову. Я на карачках отполз назад, ткнулся задницей в табурет.
Входная дверь в который раз открылась, и в квартиру заглянуло новое действующее лицо:
– Ну что, вы там закон… – лениво начало говорить оно, появляясь на пороге уже вместе с туловищем. Это оказался молоденький капитан, безусый, с флегматичным взглядом и общей усталой физиономией. Он наполовину материализовался в коридоре, и в следующую секунду для его обозрения предстало всё поле битвы: тела трёх ОМОНовцев, не подающие признаков жизни, уткнувшийся задом в табуретку всклокоченный парень с содранной щекой и голый парень, в чьей груди и лбу явственно просматривались дырки от пуль. Капитан вытаращил глаза, выронил из рук папочку с бумагами и посерел.
– Ещё один! – радостно воскликнул Вельхеор, делая дружеский взмах рукой. Капитан икнул и рухнул в обморок. На укоризненный взгляд вампир пожал плечами и философски произнёс: – Нервы.

Глава пятая


Прежде чем попросить вампира спасти твою жизнь,
задумайся, а хватит ли у тебя крови расплатиться.
Напоминание потомкам


Капитана в чувство приводил я один. Вельхеор наотрез отказался помогать, заявив, что подобные действия уничижают достоинство Высшего вампира и вообще вредят имиджу. Нашатыря дома не обнаружилось, поэтому я не без наслаждения отхлестал капитанчика по гладко выбритым щекам. Благодаря смилостивившемуся после уговоров вампиру мы его переместили на кровать – вести допрос, как выразился главный виновник случившегося казуса. Тела бойцов штабелями сложили в коридоре. Вельхеор пообещал, что не очнутся они ещё часа три, и мне пришлось поверить его экспертному мнению.
Капитанчик приходил в сознание неохотно, будто от глубокого и сладкого сна, что-то мямлил и уворачивался от шлепков. Наконец приоткрыл глаза, просканировал меня, посмотрел на маячившего за моим плечом вампира, и в его взгляде вспыхнула жизнь. Взмахнув руками, он предпринял попытку отползти выше по кровати, раскрыл рот для крика, но вдруг размяк, отяжелел, лёг головой на подушку и вперился в пространство застывшим взглядом. Я с подозрением обернулся к Вельхеору.
– Ты что с ним сделал?
– Всего лишь гипноз и малю-у-усенькое внушение.
– Какое?
– Будет как шёлковый, гарантирую. Ну-ка, рассказывай, что вам от Зака понадобилось?
Капитанчик заговорил ровным безэмоциональным голосом, словно текст с бумажки зачитывал. По спине у меня поползли мурашки.
– Поступило заявление от гражданки Николаевой эл-эм, что на неё было совершено покушение с целью грабежа и причинения телесных увечий тремя неустановленными лицами мужского пола. Во время вымогательства и угроз в инцидент вмешалось четвёртое лицо, впоследствии опознанное по документам скобка паспорту гражданина Российской Федерации скобка закрывается как Смоленцов эм-а. Завязалась драка. Затем появился мужчина возрастом двадцать семь – тридцать лет и совершил убийство всех трёх преступников. Гражданке Николаевой удалось сбежать с последующим звонком в дежурную часть города Москва. На место происшествия были вызваны оперуполномоченные Никитко эс-вэ и Бесптенцев эр-ю. В указанном месте обнаружены тела трёх мужчин примерно тридцати – тридцати пяти лет; документов, удостоверяющих личность, не обнаружено. После осмотра местности найдены сумка и студенческий билет, принадлежащие гражданину Смоленцеву.
Я тут же вспомнил, что, сбегая из дома от засевшего там Вельхеора, автоматически прихватил рюкзак с тетрадками и бросил его куда-то на землю, чтобы не путался под ногами во время драки. Спросил у вампира:
– Почему рюкзак не взял?
– Руки заняты были. Тебя, между прочим, на своём горбу пёр.
Отвертелся, зараза такая.
Я смерил взглядом довольно-таки щуплого Вельхеора, однако уже имея представление, сколько в этом теле спрятано силы. Хмыкнул:
– Да уж не надорвался бы, наверное, и сумку захватить.
Капитанчик продолжал бубнить что-то про проведённые разыскные меры и поиск свидетелей убийства.
– Вот же неблагодарная ты скотина, Зак. Я тебя от смерти, можно сказать, спас, а ты прицепился со своим рюкзаком. Хоть поблагодарил бы, что ли.
– Ага. Спас, чтобы полиции сдать. Меня, между прочим, теперь соучастником убийства считают!
– Мелочи, недостойные упоминания. Опять же, снова я тебя спас. Хотел полотенце попросить, а тут на тебе – вваливается двуногая хрень и тычет в лицо оружием. Не хорошо-о-о. Я ведь и обидеться могу за такое отношение.
– Видел я, как ты обижаешься, – чуть тише проворчал я, закрывая тему. Спорить с вампиром – последнее дело. К тому же, прав Вельхеор: выручал он меня в самый нужный момент.
Некоторые слова из речи капитанчика привлекли внимание, и я вновь начал внимательно слушать.
– Ранее в дежурную часть поступил звонок от гражданки Рвейниковой вэ-вэ о свидетельстве проникновения неизвестного лица в квартиру её соседа сверху, Смоленцева эм-а. Рвейникова убеждала дежурного, что злоумышленник проник в окно квартиры, взобравшись по стене дома без использования верёвок и других подручных средств.
Я скосил глаза на Вельхеора. По отвесной стене, средь бела дня?.. Он бы ещё сквозь кирпич для пущего эффекта просочился.
– После полуночи дежурный по части принял от всё той же Рвейниковой заявку на шум и крики из верхней квартиры. Она утверждала, что в своей квартире Смоленцев организовал притон для алкашей и устраивает потасовки.
«Ай да старушенция! – невольно восхитился я. – Везде свой нос длинный сунуть успела».
– После рассмотрения всех моментов руководством было принято решение о взятии Смоленцева под стражу с предъявлением обвинения в соучастии в убийстве двух и более лиц. Выслан наряд захвата. Он…
Завод в капитане закончился, и всё, что ему осталось, это тупым взглядом полировать стену. Мы с Вельхеором переглянулись.
– Какая милая особа под тобой живёт, – заметил он и задумчиво опустил глаза в пол, что-то прикидывая. – Я бы даже с ней пообщался. Интересный экземпляр.
– Что теперь делать? – Меня охватило беспокойство. Обвинение в убийстве – это вам не шутки! Вон, даже ОМОН за мной выслали. И ведь оправдаться не получится: да, подрался; нет, не убивал – это сделал не пойми откуда взявшийся вампир; нет, наркотические вещества не употребляю.
– Валить тебе надо, – резюмировал Вельхеор. – Этот мир уже выталкивает тебя, дальше будет опаснее. Пока есть возможность, нужно попасть в Великую Библиотеку.
– В какую библиотеку? – растерялся я. Тот факт, что Вельхеор не паникует и вроде бы уверен в своих действиях, немного успокоил.
– Я тебе про неё не рассказывал ещё. В общем, библиотека – это некий пространственный карман, место, которое связано со множеством миров. Там хранятся абсолютно все книги, созданные когда-либо, без разницы, в каком мире. А сколько там информации… – мечтательно протянул Вельхеор. Ни разу ещё не видел у него такого выражения лица. Что ж это за место, вызывающее у Высшего вампира такой трепет?
– И что нужно? Зайти в любую библиотеку и…
– Не всё так просто, – перебил меня вампир. – В Великую Библиотеку можно попасть только с помощью специального ключа. У тебя случайно не завалялся нигде ключик? Маленький такой, с книжкой на навершии?
– Нет, вроде. – Я честно попытался припомнить, видел ли когда-нибудь похожий ключ. Нет, точно не видел.
– Засада. Без него не получится.
– Погоди, а ты-то сюда как попал? – Я спохватился и понял, что как-то не задумывался раньше об этом вопросе. И всё, о чём говорил Вельхеор… Серьёзно, это же фантастика. Ладно, с существованием вампиров я смирился (и сделать это пришлось в самой экстренной ситуации). Да, Вельхеор угадал многое из моей жизни, о чём знать не мог, если только не выслеживал два десятка лет. Но рассказывать про какого-то Зака, магию, другой мир и надеяться, что я с ходу поверю? Вот уж дудки. Я решительно собрался вывести Вельхеора на чистую воду. – В смысле, ты же утверждаешь, что из другого мира, значит, как-то оттуда сюда телепортировался. Как?
– Через Великую Библиотеку.
Я прищурился, заметив нестыковку.
– Ты же сам сказал, что без ключа в неё не попасть, а ключа у тебя нет.
– Так я из Проклятого Дома в Крайдоле зашёл. Ты же сам там вход в библиотеку сделал. Меня Велес проводил до входа в этот мир, ну, я и прыгнул. Правда, выскочил в пустыне. Полные сапоги песка набрал, пока выбрался.
– И начал искать меня? – Я всё больше преисполнялся подозрительности.
Вельхеор закатил глаза.
– Давай не будем снова мурыжить эту тему. Попадём в Великую Библиотеку, сам убедишься.
– А если я не хочу с тобой куда-то идти? И не верю тебе. С чего ты вообще взял, что я соглашусь?
– А у тебя выбора нет, – просто ответил вампир. – Останешься здесь, и тебя схватят те парни в коридоре. Когда будут вести в тюрьму, на тебя свалился кирпич-другой и размозжит голову. Или подавишься косточкой во время кормёжки. Пойми, Зак, для этого мира ты первоначально был чужим. Он прогнулся под твои хотелки и временно закрыл глаза на твоё существование. Но ты не полноценный Человек Судьбы – только он может прижиться в чужом измерении и стать своим. И если не пойдёшь со мной – в конце концов умрёшь.
Я помолчал несколько секунд и очень тихо спросил, не поднимая глаз:
– А если я откажусь?
– Силой заставлю, – жёстко отрезал вампир. – Свяжу и на себе потащу. Ты должен быть в библиотеке.
– И что тогда будет? Что ты сделаешь потом? – Горло сдавило спазмом и хотелось глубоко-глубоко задышать, чтобы грудную клетку так больно не сдавливало.
– Я – ничего. Там будут другие подличности, на которые расщепило сознание настоящего Зака, – их должны привести остальные. Потом друиды постараются с помощью артефакта объединить вас.
Я ничего не сказал, всё так же разглядывая свои ноги в носках. У меня нет возможности проверить правдивость слов вампира. Да и выбора, похоже, тоже нет. Как Вельхеор сам сказал: даже силой затащит в эту чёртову библиотеку. Я прислушивался к себе – что же ощущается после всего сказанного? Внутри была пустота. Я не чувствовал привязанности к тому, что происходит вокруг, и, наверное, Вельхеор не лгал. Даже мои воспоминания на деле оказались выдумкой и ломались после лёгкого нажима. Когда вампир научил, показал, под каким углом смотреть, я и сам увидел все бреши в своей жизни. Если это вообще можно назвать жизнью, невесело подумал я.
Так что, меня нет?
Я беспомощно огляделся. Кому принадлежала эта квартира до моего появления? Что будет с вредной старушенцией после моего исчезновения? Мои друзья меня забудут, или меня вообще никогда для них не было?
Я посмотрел на капитанчика. Лежит себе, стену разглядывает, и не нужно ему задумываться о собственном существовании. Правда, ещё неизвестно, не напортачил ли Вельхеор с мозгами бедного парня. Я задал этот вопрос вампиру.
– Да что с ним будет? – отмахнулся тот. – У него и раньше мозгов не особо много было.
Я слегка заволновался за офицера. Всё-таки не виноват он, что попал под руку Высшему вампиру.
– Можешь его разгипнотизировать?
– Зачем? Он ведь тут же истерить начнёт, стрельбу откроет. Тебя, вон, ранить может.
А я и забыл про попавшие в Вельхеора пули! Присмотрелся. Лоб вампира был чистым, без следа крови и дырок; под рубашкой кровь тоже не выступала. Ума не приложу, как он ходит (да и вообще живёт) после прямого попадания свинца в голову и сердце.
– А ты сам… как?
– Ты про эти смешные пульки? – Вельхеор самодовольно хмыкнул и сложил руки на бёдрах. – От них больше шуму, чем результата. Меня ими точно не убить.
– Точно? – я засомневался. – Тебе же в сердце попали. У тебя оно, кстати, вообще есть?
– Ты ещё, давай, про мозги спроси, – заржал вампир. – Есть, можешь сам послушать, если не веришь.
Наверное, он не ожидал решительных действий, но мной овладело страшное любопытство, и вопрос о вампирской физиологии оказался крайне занимательным. Я приложил ладонь к чужой груди, сминая ткань рубашки, и задержал дыхание. Под ладонью билось мерно и медленно.
Лицо Вельхеора вытянулось. Я неловко опустил руку и отвернулся.
– Проверить мозг, пожалуй, я тебе не предложу, – после паузы сказал вампир. – А то кто тебя знает…
Нет, я не буду краснеть.
– В общем, пускай спит, чтобы не мешался.
И капитанчик самым натуральным образом захрапел.
– А с теми что будет? – Я мотнул головой в сторону коридора, где сладко дрыхли трое ОМОНовцев.
– Лежат себе, вот пусть и лежат. Я их надолго вырубил. Так что, ты идёшь?
Я снова оглянулся вокруг себя, мысленно махнул рукой и смело взглянул в лицо Вельхеора.
– Иду.
И пусть всё катится к чёрту!

От автора: Ох, ну вот заче-е-е-ем?! *ушла трагично в закат*

@темы: Алекс Кош, Фанфикшен

URL
   

Junigatsu

главная